Золотые монеты и слитки

Золотые монеты и слиткиС незапамятных времен золото выполняло функцию сокровища, то есть использовалось для накопления и сохранения стоимости.
Современные формы, мотивы и последствия накопления золота отражают важнейшие реальности современного мира. Их анализ представляет значительный интерес. Мы не будем здесь рассматривать государственные запасы золота: об этом уже была и еще будет речь. Расскажем подробнее о явлении, которое обычно называется частной тезаврацией. Слово «тезаврация» происходит от греческого корня, толкуемого как «сокровище», «запас», и означает накопление денег в наличной форме. Но его обычно не применяют, когда речь идет о накоплении бумажных денег и других нематериальных ценностей. В самом этом термине заключено противопоставление золота (и серебра) любым бумажным ценностям, подверженным инфляционному обесцениванию и другим превратностям экономики.
Тезаврация экономически и социально неоднородна. Одно дело — покупка нескольких золотых монет французским рантье или индийским мелким торговцем, другое — приобретение золотых сертификатов (документов на хранящийся в банке металл) крупной международной корпорацией, третье—покупка партии золота на рынке срочных сделок дельцом-спекулянтом.
Собственно тезаврация, или традиционная тезаврация, — это покупка золота с главной целью сохранения стоимости. Наиболее характерный тип такого тезавратора — мелкий буржуа, который вкладывает в золото свои сбережения и не собирается с этим золотом расставаться без крайней необходимости, даже если может сделать это с какой-то выгодой. Объектом накопления при этом чаще всего являются монеты или мелкие слитки.
От тезаврации этого типа существенно отличаются инвестиция и спекуляция. Инвестор и спекулянт покупают золото ради увеличения стоимости. Для них это вложение капитала, принципиально не отличающееся от других форм: ценных бумаг, земельных участков, биржевых товаров вроде серебра или меди. Между собой они различаются лишь тем, что инвестор вкладывает капитал на сравнительно длительный срок, а спекулянт — на короткий, имея в виду продать золото при повышении его цены, но различие это не принципиально. Инвестиция денежного капитала в золото и спекуляция им получили серьезное развитие лишь после 1968 года, когда цены свободного рынка стали резко колебаться и вскоре пошли вверх. До этого, как мы знаем, официальная цена золота (в долларах) была неизменной в течение нескольких десятилетий, а свободная — почти не отклонялась от нее.
Инвестор и спекулянт — часто иные социальные типы, чем традиционный тезавратор. Во многих случаях это крупные капиталисты, имеющие доступ и к фондовой бирже, и к рынку недвижимости, и к банковским ссудам. Вполне возможно, что это даже не физические, а юридические лица — фирмы и банки.
Как объект инвестиции и спекуляции золото обычно выступает в форме стандартных валютных слитков, а также в форме различных финансовых документов, удостоверяющих право на изъятие или получение золота. В срочных сделках золото выступает в виде абстрактных единиц — партий по 100 унций в каждой. Но, как мы видели, гарантией этих сделок является хранящееся на складах бирж золото в стандартных валютных слитках.
Грани между традиционной тезаврацией, инвестицией и спекуляцией условны и приблизительны. В некоторых случаях два и даже все три типа могут сочетаться в конкретном акте накопления золота. Некоторые авторы предлагают принять для любых вложений капитала и денежных сбережений в золото термин «инвестиция», а тезаврацию и спекуляцию считать ее разновидностями. Но это уже дело вкуса.
Спрос на золото со стороны накопителей на мировом и национальных рынках зависит от многих факторов. Важнейшим из них являются темпы инфляции и обесценения бумажных денег: ведь золото рассматривается накопителями как страхование от инфляции. Спрос резко возрастает в периоды обострений общей международной обстановки и социально-политических потрясений в отдельных странах и регионах. По образному выражению одного американского автора, «золото есть простая мера страха и алчности». Он же отмечает, что стремление к инвестиции капитала в золото представляет собой проявление пессимистической оценки экономики и международного положения. Инвестор-оптимист вкладывает капитал в акции и другие ценные бумаги, в ссуды и банковские депозиты. Пессимист исходит из того, что доход по таким вложениям будет перекрыт обесценением денег, что курсы акций не будут повышаться, а могут и упасть и т. п. Ясно, что современная действительность нередко дает достаточно оснований для такой психологии.
Особенно благоприятствует спросу на золото стагнация в экономике. С одной стороны, в условиях низких темпов экономического роста и частых кризисов курсы акций не повышаются, а размеры дивидендов по ним невелики. С другой — значительная инфляция непрерывно обесценивает капиталы, вкладываемые в твердопроцентные ценные бумаги и обязательства. Под давлением этих сил капиталисты и владельцы мелких сбережений вынуждены обратиться к золоту.
Конечно, искушенный инвестор, особенно если это банк или корпорация, пристально изучает рынки, взвешивает потенциальную доходность и риск. В отличие от вложений в ценные бумаги и депозиты, золото не приносит дохода в виде дивидендов или процентов. Напротив, его хранение стоит денег, так что оно приносит, можно сказать, отрицательный процент. Поэтому инвестиции в золото оказываются выгодными лишь при условии значительного повышения цены золота в бумажных деньгах, которое перекрывает потери процента, расходы на хранение и возможное повышение капитальной стоимости других активов, таких как акции.
За последние годы банки, дилеры и биржи выработали множество способов, которыми индивидуальные капиталисты и фирмы могут покупать, хранить и продавать золото. Хранить золото в натуре рискованно и неудобно, особенно когда речь идет о значительных количествах. В этом теперь нет никакой необходимости. Крупные банки в Западной Европе, Северной Америке, да и в других районах мира широко проводят операции по приему от клиентов золота на хранение. В этом случае продажа сводится к уступке права на его истребование из банка, к передаче квитанции на хранимое золото. Оно может много раз переходить из рук в руки, не двигаясь физически из подвала цюрихского, лондонского или нью-йоркского банков. Сделки по купле-продаже золота совершаются мгновенно с применением самой современной техники связи и банковских расчетов.
Крупные спекулянты продают и покупают золото в разных центрах торговли и стремятся получать прибыль на малейшей разнице в цене. Как и на валютных рынках, на рынках золота ведутся арбитражные операции (непрерывные покупки на одних рынках, продажи на других), благодаря чему цены на свободных рынках, где нет ограничений и налогов, выравниваются и образуют более или менее единую мировую цену. Если золото продается не на доллары, а на какую-либо другую валюту, то в формировании цены принимает участие курс валюты по отношению к доллару. Если золото покупается на заемные средства, то важное значение имеет ставка ссудного процента, которую надо платить по кредиту. Для совершения сделок надо быстро делать сложные расчеты, которые в современных условиях часто берут на себя компьютеры.
В том случае, когда золото хранится в банке, его владелец получает документ, удостоверяющий право собственности, — золотой сертификат. Такой же документ выдается клиенту в случае, если он покупает золото у банка, не изымая его в натуре. В последние годы такая форма владения золотом широко используется в развитых странах.
Выпускаются сертификаты двух типов: на аллокированное и на неаллокированное золото. В первом случае клиент как бы держит металл в сейфе, он может прийти в банк и полюбоваться на свою собственность. В составе золотого фонда, которым управляет банк, ему выделены «физически» определенные слитки или монеты. Во втором случае клиент имеет право на золото банка таким же точно образом, как вкладчик имеет право на свой вклад, то есть на обезличенное, определенное лишь количественно золото. Банк получает возможность пускать депонированный у него металл в оборот, подобно тому как он пускает в оборот денежный капитал, внесенный в качестве вклада. Ему достаточно лишь держать определенный резерв на случай истребования золота каким-то числом клиентов. Владелец сертификата может продать его другому лицу, которое тем самым приобретает требование к банку.
Таким образом, возникает и развивается новый кредитный документ, представляющий определенное количество золота. В условиях инфляции и обесценения бумажных денег в этой своеобразной форме как бы возрождается уже забытая разменная на золото классическая банкнота.
Реально находящееся в банке золото становится в этом случае базой для многократного по размерам обращения золотых сертификатов, так как банк может выпустить больше сертификатов, чем имеет депонированного золота. Объем этих операций возрос после 1975 года и вполне может возрасти еще больше.
Золото, находясь в руках брокерских фирм и крупных инвесторов, служит также базой развития срочных сделок, которые носят спекулятивный характер.
Учитывая риски и расходы, связанные с «физическим» золотом, американский специалист советует: «Если вы хотите делать деньги на золоте, лучше, может быть, никогда не получать его в натуре, не видеть, не хранить и не держать его».
Но традиционный тезавратор обычно мало знаком с биржей, не читает финансовых бюллетеней, не заключает срочных сделок и предпочитает золото в натуре.
Подавляющая часть золота сосредоточена у богатых и очень богатых людей. Согласно одной оценке, в Индии 90% всего спрятанного золота находится в руках 3% населения.
Подавляющее большинство владельцев золота стремятся хранить его в тайне. Во многих странах такие накопления нелегальны или не вполне легальны. Понятен страх воровства, ограбления. Важное значение имеет и такой фактор: золото — идеальное средство уклонения от налогов. В нем хорошо укрываются доходы, которые по разным причинам нежелательно раскрывать. Оно лучше избавляет от налогов на наследство, которые существуют в большинстве стран, чем вложения в недвижимость или картины старых мастеров.
В поведении мелкого тезавратора, в его отношении к золоту много иррационального, нелогичного. Джон М. Кейнс, знаменитый английский экономист, много писавший о деньгах и золоте, ссылается на авторитет 3. Фрейда, который находил пристрастие к золоту в подсознании человека. С нашей точки зрения, истоки стремления людей к накоплению денег и золота не могут выводиться из биологической природы человека, из его физиологии. Золото не всегда было и не всегда будет деньгами в человеческом обществе. Да и сами деньги свойственны лишь определенным конкретным формам устройства этого общества. Страсть к деньгам носит социальный характер, она тесно связана с природой общества, в котором деньги превращаются в капитал, становятся мерилом всех вещей и самого человека. Эти общественные условия превращают золото в фетиш, а там, где действует фетиш, остается мало места для рациональности и логики. Эта позиция помогает объяснить многие парадоксы и странности тезаврации.
На Арабском Востоке популярны английские золотые монеты — соверены. Но монеты с профилем королей стоят дороже, чем с женскими профилями королев Виктории и Елизаветы II: сказываются вековые предрассудки, заставляющие считать женщину низшим существом. Во Франции среди богатых тезавраторов много любителей килограммовых слитков. Такой слиток ласково называют savonette («мыльце»), так как он имеет соответствующие размеры и форму.
Не слишком богатый тезавратор предпочитает золотые монеты: они привычнее, портативнее, красивее. С монетами меньше риска натолкнуться на подделку, в случае необходимости их легче продать. Некоторые монеты имеют или могут приобрести коллекционную и нумизматическую ценность. За все это приходится платить, и золото в монетах стоит дороже, чем в слитках (продается с премией). Запас старых, подлинных монет, которые чеканились во времена золотого стандарта, естественно, ограничен. Поэтому, чтобы использовать выгоду от более высокой цены монет, государственные монетные дворы многих стран чеканят новенькие диски, которые либо точно воспроизводят старые либо соответствуют им по содержанию металла, но несут на себе другое изображение и год выпуска. Такие монеты называются официальными.
По оценкам фирмы «Консолидейтед голд филдз», максимального уровня чеканка официальных монет достигла в 1974 и в 1979 годах, когда в этой форме использовалось примерно по 300 т золота, то есть около 1/з всей новой годовой добычи. В 1980—1982 годах чеканка новых официальных монет не достигала этого уровня, но превышала 200 т в год.
Первое место в мире по чеканке золотых монет занимает ЮАР, которая еще в 60-х годах ввела новую монету — крюгерранд (по имени президента Трансвааля в период Англо-бурской войны Крюгера и названию современной денежной единицы ЮАР — ранда, которое в свою очередь является сокращением от бурского слова Витватерсранд). Крюгерранд содержит ровно 1 тройскую унцию чистого золота, что делает его особенно удобным для купли-продажи. Цена унции золота в крюгеррандах лишь немного (обычно не более чем на 3—5%) превышает его слитковую цену, но при количествах, исчисляемых миллионами, это дает ЮАР неплохую добавочную прибыль.
В 1978—1979 годах крюгерранд почти безраздельно завоевал рынок Соединенных Штатов. Из 6,1 млн. монет, проданных ЮАР в течение 1978 года, свыше половины попало в США”. Это означает, что только в крюгеррандах американцы поглотили около 100 т золота. Главной причиной такого большого спроса было ослабление доллара и стремление владельцев денег найти более надежное средство для их помещения. Вместе с тем важное значение имеет широчайшая рекламная кампания, организованная фирмами, продающими крюгерранды.
Несмотря на огромные размеры производства крюгеррандов, в период великой рождественской лихорадки зимой 1979—1980 годов обнаружился острый их дефицит. Монетный двор ЮАР закрылся, как обычно, на рождественские и новогодние каникулы, обеспечив обычный запас монет для сбыта. Но спрос превысил все расчеты и ожидания, и запас был исчерпан. В результате премия на крюгерранды по сравнению со слитковой ценой золота заметно возросла. Унция представляет собой довольно значительное количество золота, и монета в 1 крюгерранд стоит в последние годы 400—500 долл. и соответствующую довольно крупную сумму в других валютах. Стремясь дойти до самого широкого круга тезавраторов, власти ЮАР в 1980 году начали продажу крюгеррандов, содержащих 1/2,1′/4 чистого золота.
Монеты, содержащие дробные доли унции золота, нашли особенно интенсивный спрос в Японии. Помимо их цены, доступной для небогатых людей, известное значение имеет то, что покупка этих относительно недорогих монет не облагается в Японии налогами, которые удорожают для покупателя слитки и монеты с более высоким содержанием металла. В последние годы Япония занимает ведущее место по сбыту тезаврационных монет.
Значительное количество золота (до 50 г в год) перечеканивается в монету в Великобритании. Помимо чеканки нескольких типов соверенов Лондонский монетный двор выполняет также заказы ряда малых стран. Золотой соверен содержит около 7,3 г чистого золота и удобен для тезавраторов разных типов. В отличие от продаж крюгеррандов, которые идут под барабанный бой рекламы, реализация соверенов Банком Англии по традиции производится через лондонских дилеров с минимумом шума, в частном порядке. Подавляющая часть производимых в Великобритании монет вывозится за границу, особенно на Ближний Восток и в Юго-Восточную Азию. Хотя страсть к накоплению золота в последние годы не миновала англичан, тезаврационный спрос на золотые монеты в самой Великобритании относительно невелик. Этому способствует также высокий (15%) налог, которым облагаются покупки золота.
С конца 70-х годов на мировой рынок золотых монет с крупными продажами вышла Канада. Следуя примеру ЮАР, она продает монету, содержащую 1 унцию чистого золота и обычно называемую в соответствии с изображенной на ней национальной эмблемой страны «кленовым листом». Эти монеты потоком хлынули в США и существенно потеснили в 1980—1982 годах крюгерранды. В 1980 году Австралия ввела на рынок монету «коала» (с изображением австралийского медведя), которая содержит 10 г 22-каратного золота.
Некоторые страны, такие как Мексика и Австрия, находят выгодным покупать золото оптом в стандартных валютных слитках, перечеканивать его в монету и продавать в таком виде. Они используют традиционную популярность среди тезавраторов своих старых золотых монет номиналом соответственно в 50 песо и 100 крон. Американские «консультанты по инвестициям» иногда советуют своим клиентам отдавать этим монетам предпочтение перед крюгеррандом и «кленовым листом». Последние чеканятся странами, которые сами производят золото и имеют большие ресурсы металла, тогда как Австрия, например, может по тем или иным причинам в любой момент прекратить чеканку монет, и в этом случае они способны приобрести в какой-то мере коллекционную ценность и по этой причине повыситься в цене.
Монеты, не имеющие коллекционной ценности и оцениваемые рынком, практически исключительно по содержанию в них чистого золота, в последнее время часто называют слитковыми. Самым характерным образцом такой монеты является крюгерранд. Некоторые старые монеты, которые не чеканятся вновь, но запас которых на рынке значителен, приближаются по своему типу к слитковым. Таковы, например, американские монеты времен золотого стандарта достоинством в 10 и 20 долл. («орел» и «двойной орел»), французские монеты по 20 франков (наполеондоры) и некоторые другие. Однако премии на эти монеты по сравнению с ценой слиткового золота все же значительно выше, чем на крюгерранды, и могут доходить до 30—50%.
Стремясь использовать эту «коллекционную премию», многие страны выпускают ограниченными тиражами различные памятные и мемориальные монеты. На них предъявляется не только тезаврационный, но и нумизматический спрос. Например, Канада выпускала монеты в честь Олимпийских игр 1976 года в Монреале и особые монеты, посвященные освоению своих арктических территорий.
Иногда тактика выпуска монет на рынок и продажа строится так, чтобы искусственно создать и подстегнуть нумизматический спрос. П. Сарнофф приводит в качестве примера гонконгскую монету 1979 года номиналом в 1000 гонконгских долл., посвященную дальневосточному «году барана». Эти монеты продавались властями по 225 долл. США за штуку, тогда как само золото в них стоило лишь 125 долл. Премия, таким образом, составляла почти 100%. Сарнофф приводит также случаи, когда наивные покупатели подобных псевдоколлекционных монет при необходимости последующей продажи могли получить за них лишь 25—50% первоначально уплаченной цены.
Чеканка и продажа золотых монет представляют собой выгодный бизнес, и частный капитал не мог остаться от него в стороне. Но в большинстве стран эти монеты все еще формально считаются законными средствами обращения, и чеканка их монополизируется государством. Поэтому, как правило, частная деятельность в этой сфере носит нелегальный или по крайней мере полулегальный характер. Тем не менее во многих странах, особенно на Ближнем Востоке, чеканятся монеты, представляющие собой копии известных и пользующихся спросом монет, начиная от средневековых и кончая новыми соверенами.
Эти монеты являются подделками, а их производство представляет собой фальшивомонетничество. Но здесь могут быть разные случаи. Речь может идти о частной чеканке подделок официальных монет с соблюдением законного золотого содержания. В этом случае целью является лишь присвоение умеренной премии, на которую цена золота в таких монетах превышает слитковую цену. Речь может идти о подделке старинных монет, имеющих нумизматическую ценность, опять-таки без подмены золота дешевым металлом. Это сродни известным фактам подделки ювелирных изделий, имеющих историческую и художественную ценность. Наконец, имеет место примитивное мошенничество, когда жулики изготовляют позолоченные монеты из неблагородных металлов и сбывают их легковерным людям. Любопытные факты из жизни современных золотых фальшивомонетчиков приводятся в книге Г. Н. Польского об истории подделок де-
нег31
Надо сказать, что утрата золотом функции денег и превращение монет в товар создают своеобразные и сложные юридические проблемы, которые на Западе являются предметом активного обсуждения. Ведь само провозглашение современных монет законным средством обращения — обычно заведомая фикция, нередко преследующая цель просто обойти налоговое законодательство иностранных государств и обеспечить монетам свободный сбыт. Но если монеты перестают быть законным средством обращения, монополизация их производства государством, по-видимому, теряет свое реальное и юридическое основание. Некоторые юристы считают, что к монетам должны применяться совсем другие законы, охраняющие интересы потребителя от нарушения производителями стандартов качества (в данном случае — веса и пробы). Иначе говоря, к чеканке монет должны применяться те же принципы, которые применяются к выпуску различных медалей и медальонов, а также ювелирных изделий.
Сарнофф отмечает: «За последние годы предприимчивые «монетные дворы» в Соединенных Штатах продали в розницу на много миллионов долларов медалей и медальонов, выпускаемых в честь различных событий, предметов и лиц». Таким образом, это легальная сфера частного бизнеса. Впрочем, по данным «Консолидейтед голд филдз», годовое количество золота, использованное в США в этой сфере, не превышало 3 т. Но в 1978 году правительство решило взять это дело в свои руки. Конгресс принял закон, согласно которому в течение 5 лет из запасов казначейства ежегодно выделяется 1 млн. унций (31,1 т) золота для чеканки и продажи всем желающим медальонов с изображениями деятелей американской культуры.
Осуществление этой программы началось в 1980 году. Были выпущены медальоны с содержанием чистого золота в 1 унцию с портретом художника Гранта Вуда и в 0,5 унции с портретом певицы Мариан Андерсон. Медальоны продавались по предварительным заказам через почтовую систему по рыночной цене слиткового золота с наценкой в 2%, то есть дешевле любых слитковых монет. Однако непривычная форма золота, усложненная система продажи и еще какие-то факторы ограничили спрос. Из первой серии медальонов было продано только 418 тыс. унций золота, или менее половины выделенного количества. Как видим, в области накопления золота в частном секторе происходят важные и интересные изменения. Эта своеобразная функция драгоценного металла развивается и усложняется. Она имеет большое значение для экономического бытия и судеб золота.